Рвется парус, как сердце от тоски по дому
Стакан казенки не поможет юнге молодому
Трещит штурвал в руках старого матроса
На ветру волками воют нервы натянутых тросов
Старый боцман топит страх в теплом коньяке
Я помню, год назад в припортовом кабаке
Он проболтался о грузе, ценой в миллионы
А я был принят в команду его галеона
Мы отплывали, плакала моя невеста
Мы отплывали без грузового манифеста
Значит, капитан расскажет нам все на закате
Значит, в трюмах то, за что хорошо заплатят
Жадность, как аппетит, приходит во время еды
За бортом бешеные пляски соленой воды
Заливают пламя — никто не увидит дым
Море кипит — это голод подводных владык
Кем в час роковой ты оправдан?
Кто дарит с лихвой небеса?
Кем в час роковой ты оправдан?
Кто дарит с лихвой небеса?
Безумный великан играет нами семнадцать суток
И ходят слухи: капитан наш потерял рассудок
Последнее, что он сказал, — слова «Всё кончено»
Теперь при нем седые старцы с гривами всклокоченными
Коптят каюту, чертят знаки в судовом журнале
Просят чаек, чтоб о нас Левиафану рассказали
Матросы перестали верить и читать молитвы
А корабельный поп, вцепившись, предлагает выпить
Все мы давно не ели — наш кок повесился
Мясо с червями даже было бы деликатесом нам
На нижней палубе готовят бунт, сей пробил час
Пока делили власть, в драке разбили компас
Царапаю слова на мачте тупым гвоздем
Волной обломки вынесет на камни: «Помните о том
Что я был верен до конца царю и Богу
Жене и детям передайте — братья им помогут»
Кем в час роковой ты оправдан?
Кто дарит с лихвой небеса?
Кем в час роковой ты оправдан?
Кто дарит с лихвой небеса?
Матросы перестали верить и читать молитвы
Жене и детям передайте